Мадагаскар и другие маневры

Евреи - властелины мира

Тем не менее, следует учесть, что лидеры нацистов и Гитлер в особенности действовали и другим, более «политически корректным» образом, что иногда входило в противоречие с их апокалипсическим и преисполненным «жажды мщения» восприятием евреев. Гитлер, в конце концов, был не только «пророком», но и реальным политиком. Его «политическая хватка» позволяла ему реально оценить ситуацию и в действительности быть куда более успешным политиком, чем множество других «национальных пророков» и современных ему лидеров правого крыла. Быть «пророком» и политиком одновременно было не простой задачей. Гитлер-«пророк» размышлял о евреях в терминах последней схватки и полного уничтожения. Однако «политик» в нём склонялся не только к применению «тактической сдержанности» в интересах своей «сверхзадачи» (обретения господства над Европой), но и к проявлению некоторой (хотя и очень незначительной) гибкости во взглядах на реальность угрозы со стороны «заклятого врага-еврея», и на мировой резонанс, в зависимости от того, будет ли «враг» изгнан, изолирован или уничтожен.

Может показаться поэтому, что одного идеологического анализа фашизма недостаточно, чтобы сделать вывод о неминуемости Холокоста в силу убийственного потенциала нацистской пропаганды. Но правильнее будет сказать, что дорога на Аушвиц просто сделала «петлю», пока Гитлер действовал в ситуации, когда он все еще мог маневрировать и приближаться к своей цели, не будучи вовлеченным в мировую войну против всех. В этом отношении важно отметить, что его восприятие еврейской мировой угрозы между 1939 и 1941 годами колебалось в прямой зависимости от успехов или неудач выбранной им стратегии.